В иерархии каждый индивидуум имеет тенденцию подниматься до своего уровня некомпетентности. (Принцип Питера)

ЯПОНСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ. УРОКИ ДЛЯ НАС. (Уроки 25-28)

© WEB-DESIGN студия
"OZERANERON"

Урок 25.
ВОСХОДЯЩАЯ ОТРАСЛЬ ЭКОНОМИКИ

 

В апреле 1996 г. Японский образовательный центр менеджмента при Московской международной высшей школе бизнеса провел семинар дпя российских предпри-нимателей, посвященный развитию международного туризма. Знакомство с опытом Страны восходящего солнца в этом отношении может оказаться полезным вдвойне: и в целом - дпя развития такого перспективного бизнеса, как туристический, и в частности - для привлечения в Россию таких состоятельных клиентов, каковыми являются туристы из Японии.

 

Вначале было понимание проблемы

Для современного среднестатистического японца поездки и путешествия стали органической составляющей его образа жизни. На отдых и развлечения, среди которых немалую долю занимает туризм, приходится свыше 20% семейных расходов. Каждый взрослый гражданин страны успел трижды побывать за рубежом. А ведь не так уж много времени прошло с тех первых послевоенных лет, когда для того же среднего японца тратить время и деньги на что-либо иное, кроме самого необходимого, представлялось непозволительной роскошью. Откуда же берет начало явление, которое сегодня можно назвать, без особого риска ошибиться, туристическим бумом?

Начало эры международного туризма в Японии обычно датируют 1963 годом, когда парламентом страны был принят закон, определивший основные цели и направления, с одной стороны, привлечения иностранных туристов, с другой - поддержки стремления японцев узнать мир. Но само появление этого закона - результат реализации более раннего замысла, возникновению которого, не исключено, способствовало и описанное ниже событие.

22 сентября 1953 г. в г. Осака по инициативе главы знаменитой теперь электротехнической компании и одного из признанных авторов японской концепции управления К. Мацуситы впервые в послевоенной истории страны состоялась деловая игра на тему "Создадим прекрасную и богатую Японию". Каждый из десяти докладчиков - а это были известные предприниматели, ученые, журналисты - выступил в роли "министра на один день". Остальные участники составили как бы "парламент на один день". Организатору этой акции досталась должность министра по делам туризма.

В речи К. Мацуситы, произнесенной, как он позднее признавался, "с большим воодушевлением", обращалось внимание не столько на плачевное состояние дорог, нехватку автобусов и неподготовленность отелей, сколько на отсутствие понимания роли туризма и, в первую очередь, на недооценку важности привлечения иностранных туристов. "После войны, - утверждал оратор, - мы часто разглагольствовали о необходимости превратить Японию в промышленную державу, в сельскохозяйственную державу, в торговую державу, и потратили на это уйму денег. Но я считаю, что нашей важнейшей задачей является превращение Японии в туристическую державу, и на это не следует жалеть никаких средств. Ибо величайшая выгода от превращения Японии в туристическую державу состоит в том, что благодаря этому наша страна станет исключительно мирной. Так что строительство туристической державы направлено не только на то, чтобы разбогатеть. Оно исходит из интересов мира на нашей земле, основано на духе благотворительности, согласно которому "имущие" должны делиться своим богатством с "неимущими". Вот почему нам следует принять все меры для реализации этой идеи".

Трудно сказать, какую роль сыграли эти предложения К. Мацуситы в дальнейшем развитии туризма в стране. Однако не подлежит сомнению, что очень многое из того, что было сделано и делается в данной сфере бизнеса, оказывается поразительно созвучным словам выдающегося японского менеджера.

 

Под "крылышком" государства

Туризм в Японии стал делом общенациональным. Он объект неустанного внимания авторитетных государственных структур, прежде всего Департамента туризма Министерства транспорта, располагающего целой сетью региональных отделений, а также двух органов при канцелярии премьер-министра страны - Совета по туристской политике и Межведомственного координационного совета по туризму. В задачу последнего входит согласование действий более чем двадцати министерств и ведомств, так или иначе связанных с туризмом.

С целью содействия иностранцам, приезжающим в Японию, и гражданам Страны восходящего солнца, собирающимся за рубеж, в апреле 1959 г. на основе специального закона была создана некоммерческая Японская национальная туристская организация (JNTO). Проблемы же туризма внутри страны находятся в ведении, главным образом, Японской туристической ассоциации (JTA).

Организацией туризма в Японии занимаются специализированные туристические агентства и фирмы, которых здесь насчитывается более пяти тысяч.

Забота государства о развитии туристского бизнеса проявляется и в правовой поддержке перспективных начинаний в этой отрасли. Примерами могут служить законы о развитии курортных районов, о национальных парках, об улучшении оборудования международных туристических гостиниц, о работе гида-переводчика, о развитии туризма через традиционные празднества и мероприятия, о горячих источниках и многие другие.

Согласованные усилия государства и бизнеса не пропали даром. Сегодня Страна восходящего солнца располагает первоклассными, говоря языком специалистов, "туристическими ресурсами": заповедниками и историческими памятниками, зоопарками и ботаническими садами, музеями и развлекательными комплексами. А ознакомление с этими достопримечательностями превращается в комфортное занятие благодаря развитому гостиничному хозяйству, современной транспортной системе и отвечающему мировым стандартам сервису. Непосредственно в сфере туризма трудятся 1,91 миллиона человек. Кроме того, 4,1 миллиона человек, или 6,3 процента от числа имеющих постоянную работу японцев, заняты производством связанных с туризмом товаров и услуг. Их доля в валовом внутреннем продукте страны составляет 5,4 процента.

За период с 1964 г. по 1994 г. число иностранных туристов, ежегодно посещающих Японию, возросло с 353 тысяч человек до 3468 тысяч человек, т.е. увеличилось почти в 10 раз. Это, безусловно, успех, хотя и относительный: до более развитых в том, что касается иностранного туризма, стран Японии еще далеко. Если отношение числа зарубежных туристов, приехавших, например, в Великобританию, к количеству граждан этой страны составило в 1994 г. 0,33, во Франции - 1,04, в Сингапуре - 2,02, в Австрии - 2,28, то в Японии - 0,03. Главную причину, сдерживающую поток зарубежных гостей в страну, чаще всего усматривают в том, что пребывание в Японии "благодаря" постоянно возраставшему в последние годы курсу иены превращается в дорогое удовольствие. Попытки правительства как-то ослабить влияние этого фактора с помощью беспошлинной продажи ряда производимых в стране товаров, скидок со стоимости проезда и тому подобных мер пока не дают заметного эффекта.

Гораздо более высокие достижения Японии связаны с другой ипостасью международного туризма - поездками японцев в другие страны. За тот же тридцатилетний период число граждан Страны восходящего солнца, ежегодно выезжающих за рубеж, подскочило более чем в 100 раз - со 128 тысяч человек до 13 579 тысяч человек. И это явление заслуживает более подробного рассмотрения, по крайней мере с точки зрения организации иностранного туризма в России.

 

Штрихи к портрету японского туриста

Подсчитано, что расходы выезжающего за рубеж японского туриста составляют в среднем за одну поездку 3200 долларов. Консультант Японского института развития международного туризма К. Такакува сообщил участникам упомянутого выше семинара в Центре менеджмента любопытные сведения: по данным за 1994 г., турист из Франции, находясь в Индонезии, ежедневно тратил в среднем 84 доллара, из США - 119,3 доллара, из Республики Корея - 152,7 доллара, японец же приобретал товаров и услуг на сумму 273,3 доллара. Примерно такая же картина, подчеркнул К. Такакува, и во многих других пользующихся у туристов популярностью странах.

Секрет сравнительной "щедрости" обитателей Страны восходящего солнца кроется отнюдь не в "широте японской души". По мнению японского социолога Т. Сакаия, просто в число ценностей его сограждан не входит праздность. "Японцам, - замечает он, - даже в голову не приходит провести время в ничегонеделанье", прогуливаясь по пляжу или просто загорая. Когда они развлекаются, то делают это "очень усердно": планомерно осматривают достопримечательности, играют в гольф, даже не умея как следует играть, учатся кататься на лыжах или плавать с аквалангом и т.д. Такой способ отдыхать, естественно, требует немалых средств.

И еще о некоторых особенностях, отличающих японских туристов, счел необходимым предупредить на семинаре своих российских коллег К. Такакува. Его соотечественники привыкли относиться к клиенту как к Богу. Поэтому, когда они сами выступают в роли клиента, предполагают, что и к ним отношение будет примерно таким же. Они ориентированы на "излишнее обслуживание" во всех областях: идет ли речь о вежливости продавца, упаковке товара или системе информирования в метро. В отличие от европейских туристов, склонных к самостоятельности, японские туристы привыкли на кого-то полагаться, что усложняет работу гида или руководителя группы. Японцы дотошны, и если уж им показывают какую-то достопримечательность, то они стараются узнать о ней буквально все.

Из всего этого следует: привлечение туристов из Японии - дело насколько выгодное, настолько и хлопотное. Но в конечном счете эти хлопоты себя окупают. Неудивительно, что в Австралии, Великобритании, Исландии, Новой Зеландии персонал, работающий с японскими туристами, начинают обучать по специальным программам. Уже сейчас есть немало мест на планете, куда японцы едут отдыхать с удовольствием: Гавайи, Республика Корея, Франция, США, Гонконг, Сингапур, Китай и т.д. Необъятные же просторы России пока не очень манят к себе японских путешественников. Лишь около тридцати тысяч из почти 15 миллионов выезжавших в 1995 г. за рубеж японцев предпочли приехать в нашу страну. Это примерно в 50 раз меньше, чем во Францию или Китай. По мнению японских специалистов, Россия обладает хорошими "туристическими ресурсами", которые, однако, нужно уметь использовать.

Здесь можно было бы поставить точку и закончить статью, если бы не один "простой" вопрос, прозвучавший, кстати, и на семинаре.

Дело ведь не только в деньгах...

 

Начиная с 1970 г., года проведения в Осаке выставки ЕХРО'70, количество граждан Японии, выезжающих за рубеж, неизменно превосходит число посещающих ее иностранных гостей. В итоге японцы "оставляют" в чужих краях намного больше валюты, чем ее "привозят" в их страну заграничные туристы. Тем не менее в Японии принимают беспрецедентные меры по стимулированию вояжей своих граждан в другие страны. Так, в 1987 г. здесь была принята "Десятимиллионная программа": число побывавших за рубежом японцев за пять лет должно было удвоиться и достичь десятимиллионной отметки. Спустя три года программа эта была выполнена. В 1994 г. иностранные туристы потратили в Японии 3,447 млрд долларов, а японские туристы в других странах - 30,715 млрд долларов. Несмотря на это, в Японии не только не ограничивают, но и всячески поощряют тех, кто желает провести свое свободное время за пределами страны. Почему?

Отвечая на этот вопрос, генеральный директор Японского института развития международного туризма К. Арай поначалу не без юмора предположил, что деньги японских любителей путешествий их стране, видимо, не особенно нужны. А затем вполне серьезно добавил, что, по его мнению, с одной стороны, приток иностранцев на Японские острова сдерживает дороговизна товаров и услуг, с другой стороны, возрастание потока туристов из Японии помогает как-то сгладить проблему огромного положительного сальдо в ее торговле с другими странами, прежде всего с США.

Сослался К. Арай и на декларацию, принятую на Всемирной конференции министров туризма, которая состоялась осенью 1994 г. в Осаке с участием представителей 78 стран и регионов. В ней, в частности, говорится: индустрия туризма обладает большими возможностями для роста и будет играть важную роль в развитии экономики XXI века; туризм, являясь эффективным средством перераспределения дохода между странами, способствует уравновешенному развитию мировой экономики; туризм способствует международному взаимопониманию и сохранению мира, без которых, в свою очередь, невозможно развитие туризма; наконец, туризм предполагает сохранение культурного наследия, природной среды и местных традиций, что является самым важным для будущего Земли.

Думается, всякий найдет при желании в суховатых словах этого лаконичного документа ответ на вопрос: что дает стране - любой стране, а не только Японии - развитие международного туризма.

 

Урок 26.
КУДА ВЕДЕТ СТРАНУ ВЫСОКИЙ КУРС ИЕНЫ

 

Пока рубль в 1993-1995 гг. по отношению к американскому доллару стремительно катился вниз, иена, по нашим меркам, ползла, а по японским - прямо-таки взлетала вверх. И многим россиянам, не успевавшим справляться с проблемами, порожденными обесценением национальной валюты, казались блажью заботы обитателей Страны восходящего солнца, связанные с ростом иены. Но вот рубль продемонстрировал, что он умеет не только резко падать, но и плавно опускаться. И сразу же Япония стала если не роднее, то ближе, а трудности ее граждан сделались как-то понятнее. И сколь бы ни разнились между собой нынешние проблемы экономик двух стран, все же кое-что из японского опыта преодоления негативных поспедствий роста курса национальной валюты может пригодиться и нам. Если не сейчас, то, может быть, уже в недалеком будущем.

 

Об издержках простых объяснений сложных явлений

Когда та или иная страна испытывает экономические трудности, ее правительство с целью их преодоления нередко прибегает к комплексу мер, позволяющих изменить курс валют в выгодную для себя сторону. Как подчеркивают американские ученые К. Макконнелл и С. Брю, авторы "Экономикс" - книги, на которой сегодня в вузах воспитывается будущее поколение российских экономистов, "глубокие последствия изменений обменных курсов очень легко объяснить". И они тут же объясняют это. Причем как раз на примере валют США и Японии.

В результате понижения курса доллара по отношению к иене, пишут они, продукция американских предприятий становится более дешевой, спрос на нее растет, а значит, растет производство и занятость в США. Цены же в долларах на продукцию японских компаний-экспортеров растут, они вынуждены сокращать производство. В результате Америка становится процветающей страной, а Япония оказывается в худшем положении. Видимо, ввиду легкости объяснения читателю учебника предлагается самостоятельно доказать, что "повышение курса доллара по отношению к иене ведет к ослаблению экономики США и стимулирует японскую экономику".

Похоже, руководствуясь именно такой логикой, американская администрация неоднократно в течение уже почти двух десятилетий предпринимала энергичные усилия по понижению курса доллара относительно иены с целью уменьшения дефицита в торговле с Японией. Вот и сейчас американская сторона всеми мерами, вплоть до крупномасштабной торговой войны, стремится повысить курс иены, с тем чтобы затруднить экспорт японских товаров в США, стимулировать импорт американских товаров в Японию и тем самым сократить дефицит в торговле со Страной восходящего солнца.

И отчасти все идет именно так, как предсказывали К. Макконнелл и С. Брю. Как и ожидалось, от повышения курса иены сразу выиграли японские потребители, для которых импортные товары стали дешевле. Один за другим падают прежние рекорды уровня японского импорта. В 1993 году японский импорт цветных телевизоров и холодильников впервые превысил их экспорт. В 1994 финансовом году (завершился 31 марта 1995 года) достигли своего пика, например, объем импорта Японией продуктов питания, составив 47,1 млрд долларов и превысив прошлогодний уровень сразу на 17 процентов, нефти - 736,12 млн баррелей, на 6,7 процента выше прошлогоднего уровня. Причем главным поставщиком продовольствия на японский рынок являются США, поставившие продуктов питания на 13 млрд долларов. В то же время продажа многих японских товаров за рубежом сокращается. Так, третий год подряд наблюдается снижение поставок на внешний рынок японских автомобилей, только в прошлом году объем их экспорта снизился на 4,35 млн единиц или на 5,9 процента. Чего же боле, казалось, им (США) еще желать?

Загвоздка "лишь" в том, что американская сторона не только не приблизилась к поставленным целям - сокращению внешнеторгового дефицита и ухудшению положения конкурента, но кое в чем даже от этих целей отдалилась. Более половины импорта тех же телевизоров и холодильников составляет так называемый возвратный или обратный импорт - это продукция японских предприятий, размещенных за рубежом*. Дефицит США в торговле с Японией по-прежнему составляет астрономическую сумму и достиг в 1994 году 66 млрд долларов. Япония же, накопив 141,5 млрд долларов, стала мировым рекордсменом по объему валютного резерва. Наконец, по прогнозу, опубликованному в середине 1995 года газетой "Иомиури", при курсе 79 иен за один доллар Япония может опередить США по размеру валового внутреннего продукта и при численности населения вдвое меньшей, чем в США, может занять место ведущей экономической державы мира.

Почему же расчеты упомянутых американских ученых и политиков оказались неверны? Что мешает США достичь желаемого?

 

Политика растущей иены

Начать объяснение, видимо, следует с констатации того факта, что повышение курса иены по отношению к доллару для Японии - не неизвестно откуда взявшаяся напасть и не случайный неприятный сюрприз, а устойчивая, вполне предсказуемая тенденция, наблюдаемая уже с 1973 года. Если в 1970 году один доллар стоил 360 иен, то в 1980-м - уже 226,7, а в 1990-м - 144,8 иен.

И можно было бы написать, что, в принципе, "все идет по плану", если бы не события последних лет. По прогнозу авторитетного Японского центра экономических исследований, опубликованному в 1991 году, предполагалось, что спустя четыре года курс доллара составит 115 иен. Но действительность превзошла все ожидания - уже в мае 1995 г. этот курс составил примерно 86,5 иены, что даже чуть выше предполагаемого показателя 2010 года - 87 иен.

Проблема, стало быть, не в самом росте курса иены, а в неожиданно высоких темпах этого роста. Но и такие скачки также не в новинку для японской экономики. Возникший в 1985 году так называемый "кризис высокой иены", когда она подросла по отношению к доллару почти в 2 раза, был преодолен всего за полтора года. В результате роста иены японская экономика не только не ослабла, но укрепила свои позиции. Почему это произошло?

Оказывается, негативных последствий повышения курса национальной валюты можно не только избежать, но и использовать этот рост на благо экономики. В Японии предпочли не противодействовать проводимой США в своих интересах "политике понижающегося доллара", а попытались, причем с успехом, поставить ее себе на службу, трансформировав ее в, условно говоря, "политику растущей иены". И что же из этого получилось?

Создание благоприятных условий для экспортеров за счет изменения курса валют, как оказалось, дает лишь кратковременный выигрыш с точки зрения уменьшения торгового дефицита. Долговременные же последствия этого шага для предприятий-экспортеров весьма печальны. Получая возможность, по выражению американского экономиста М. Портера, "облегчать себе жизнь, снимая сливки" за счет понижения курса, эти предприятия утрачивают стимулы к нововведениям и рационализации производства, что рано или поздно негативно сказывается на их конкурентоспособности. Кроме того, усилия фирм концентрируются прежде всего в секторах, чувствительных к уровню цен, то есть именно там, где конкурентное преимущество труднее всего удержать.

А что может дать при разумных действиях правительства повышение курса национальной валюты? Это хорошо видно на примере Страны восходящего солнца, правительственные и деловые круги которой, скорее всего, и не стремились искусственно повышать курс иены, но извлечь для себя пользу из этого повышения сумели в полной мере.

Во-первых, "политика растущей иены", удорожая экспорт, побуждает предприятия искать все новые и новые резервы производства с целью снижения себестоимости продукции. Жестоко по отношению к своим производителям-экспортерам? Безусловно. Но только можно ли иначе "воспитать" компании, способные одерживать "чистые" победы в конкурентной борьбе на мировом рынке?

Во-вторых, эта политика стимулирует структурную перестройку экономики. Предприятия зрелых отраслей, где возможности снижения себестоимости продукции за счет совершенствования организации и управления вычерпаны до дна, ставятся перед необходимостью использовать последний резерв - перевод производства в страны с более дешевой рабочей силой. Высокий курс иены не страшен тем японским компаниям, которые вкладывают капитал в свои заграничные филиалы, налаживают производство в третьих странах. Отнюдь не случайно растет объем японских капиталовложений за рубежом: в 1994 году он составил 41,1 млрд долларов, подскочив по сравнению с прошлым годом сразу на 14,2 процента. Причем главным объектом инвестиций для японских компаний вот уже 13-й год подряд является, вопреки распространенному мнению, не Азия, а Северная Америка: в 1994 году сюда было вложено 17,8 млрд долларов, в то время как в азиатские страны - 9,7 млрд долларов. Для японского капитала, вложенного в предприятие, расположенное на территории США и экспортирующее свою продукцию в Японию, низкий курс доллара по отношению к иене есть прямая выгода!

Правда, здесь возникает опасность, именуемая в Японии "выветриванием обрабатывающей промышленности". Иными словами, если продолжать переводить производство за рубеж, то что же в конце концов останется на долю самой Страны восходящего солнца?

 

Реки капитала потекут по новым руслам

Вопрос о том, какие отрасли составят в будущем "хребет" японской экономики или, что то же самое, в какие сферы ринется накопленный страной огромный капитал, обсуждается уже давно как в самой Японии, так и за ее пределами. Если сопоставить ход этого обсуждения с реальными нынешними тенденциями в японской экономике, то получится примерно такая картина.

Налицо стремление все более эффективно использовать главный факгор высокой конкурентоспособности страны - интеллектуальное мастерство ее граждан. Отсюда - переход к изготовлению все более наукоемкой продукции. Переход этот осуществляется следующим образом.

Происходит относительное или абсолютное сокращение сравнительно энерго- и материалоемких производств, таких как сталелитейная промышленность, судостроение, автомобилестроение, бытовая электроника, в том числе за счет их перевода в другие страны. Опасения, что это приведет к "закату" японской обрабатывающей промышленности и росту безработицы в самой Японии, можно было бы считать оправданными, если бы не два обстоятельства.

Во-первых, далеко не всJ из прежних отраслей переводится за рубеж. Кое-что из комплектующих изделий по-прежнему продолжает производиться в Японии. Причем это "кое-что" начинает составлять самую большую долю японского экспорта. Как отмечает председатель Комитета по материальным ресурсам Министерства внешней торговли и промышленности Японии Х. Карацу, на первый план по объему экспорта выдвигаются так называемые капитальные средства - промышленное оборудование и комплектующие изделия, экспорт которых, вообще говоря, менее выгоден, чем экспорт потребительских товаров. Ведь в последнем случае почти вся добавленная стоимость остается в руках того, кто производит конечную продукцию. Но, видимо, в Японии сумели отобрать и наладить высокоэффективное производство такого оборудования и таких комплектующих, что это оказалось выгодным с точки зрения экспорта.

Во-вторых, и в период структурной перестройки экономики Япония остается страной, где уровень безработицы - один из самых низких в мире. Процесс свертывания доминировавших совсем недавно отраслей и рост новых организован таким образом, что освобождающиеся из традиционных сфер человеческие и материальные ресурсы не оставляются на произвол судьбы, а успевают, по крайней мере пока, поглощаться растущими сферами деятельности. Какие же это новые сферы?

По мнению президента Японского центра экономических исследований Х. Канамори, уже в недалеком будущем лидирующее положение в экономике страны займут информатика и связь. Если в 1993 году емкость этого сегмента рынка составляла 31,9 трлн иен, в этой сфере работало 1,84 млн человек, то к 2000 году эти цифры возрастут соответственно до 65 трлн иен и 3,13 млн человек, в 2010 же году - 120,6 трлн иен и 4,67 млн человек.

Второй важнейшей сферой приложения людских, финансовых и материальных ресурсов станет, как полагает Х. Канамори, социальная инфраструктура. Инвестиции, направленные на развитие транспорта и связи, жилищного строительства, сфер культуры и быта, защиту среды обитания, позволят, с одной стороны, уменьшить положительное сальдо текущего баланса за счет расширения внутреннего спроса и тем самым если не снять, то смягчить обвинения в "нечестной торговой политике" и "грабительском экспорте", высказываемые в адрес Японии со стороны США и некоторых других стран, с другой стороны, и это самое существенное, совершенствование социальной инфраструктуры создаст условия для дальнейшего экономического роста.

 

Урок 27.
ГЛАВНОЕ КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО

 

Первоначальные послевоенные успехи Японии в экономике выглядели случайными. Неудивительно, что и объяснения им глубоко не искали, брали, как правило, то, что лежало на поверхности. Так родились представления о японцах как имитаторах, не способных к творческому мышлению, об искусственной закрытости японской экономики для иностранцев, о Японии как единой национальной корпорации ("Джапан Инкорпорейтэд"), о "врожденном" трудолюбии японцев и некоторые другие. И хотя доля истины здесь есть, все же в современных исследованиях на данную тему эти представления чаще всего относят к числу мифов, которые, однако, прочно обосновались в общественном сознании.

По мере стремительного развития Страны восходящего солнца, особенно в 80-е годы, и превращения ее во вторую по экономическому могуществу державу мира стало ясно, что в основе этого поступательного движения лежат причины долговременного действия. После обстоятельных исследований ученые стран-конкурентов, прежде всего США, почти единодушно пришли к выводу: главный источник силы Японии, ее стратегическое конкурентное преимущество кроется в системе образования, в умении и желании японцев учиться, в веками накопленном, сохраняемом и развиваемом интеллектуальном потенциале.

Сравнивая образовательные системы двух стран по пяти направлениям - роль родителей в учебе, начальное и среднее образование, высшее образование, профессиональное образование и образование в повседневной жизни Дж. Грейсон-мл. и К. О'Делл увидели преимущество США лишь в области высшего образования. По всем же остальным компонентам превосходство японцев неоспоримо. А начальная и средняя школа снискала себе репутацию самой интенсивной, требовательной и эффективной в мире. Международная ассоциация по оценке уровня образования (IЕА) в своих исследованиях неоднократно отмечала первоклассную подготовку японских школьников по математике и естественным наукам. Благодаря большей продолжительности учебного года в среднем японские выпускники проводят в школе на четыре года больше, чем американские. Соответственно, и уровень подготовки выпускника японской школы, по некоторым данным, сопоставим со средним уровнем выпускника американского колледжа. И речь идет не только о знаниях в той или иной предметной области, но и о мировоззрении, об умении работать в коллективе, о способности к саморазвитию. Иными словами, оценивается не столько качество рабочей силы, сколько степень развития личности молодого человека. И почти всегда сравнение оказывается в пользу выпускников японских школ.

Однако, несмотря на все это, сегодня, наверное, трудно найти объект, по которому в японских средствах массовой информации было бы выпущено больше критических стрел, чем по системе образования. Причем "атакуются" принципиальные основы этой системы. Как слабость теперь расценивается именно то, что прежде составляло предмет гордости. Культивирование социального равенства и коллективизма обернулось потерей индивидуальности. Стремление вложить в ученика как можно большую сумму знаний привело к ущербу в развитии оригинального, творческого мышления. Воспитание дисциплинированности оказалось настолько "успешным", что заглушило инициативность и самостоятельность. Моральный принцип "общественные интересы выше личных", будучи доведенным до крайности, оправдывает всякую подлость, если она совершается в интересах группы. В чем же корни этого фундаментального кризиса?

По мнению Т. Сакаия, известного ученого, участвовавшего в разработке и реализации многих крупных проектов под эгидой Министерства внешней торговли и промышленности Японии, отсчет и недавних успехов, и нынешних проблем в образовании следует вести с 1941 года. Созданная именно тогда, отмечает он, система народных школ, "восприняв педагогические идеи нацистов, стала исходной точкой послевоенного образования, превратилась в источник экзаменационного ада, доведшего до предела унификацию японского народа". Неоднократно предпринимавшиеся попытки реформировать эту систему ни к чему не привели, практически в неизменном виде она сохраняется и по сей день. Причины столь необычной устойчивости этой системы Т. Сакаия усматривает в том, что "она полностью соответствует современному индустриальному обществу, производящему массовую стандартную продукцию".

Все дело, однако, в том, что - и в этом своем убеждении Т. Сакаия далеко не одинок - машинная цивилизация подходит к пределу своего существования. Недостатков в прогнозах относительно того, что идет ей навстречу, конечно же, нет. Как полагают многие японские футурологи, да и не только они, "производственную основу" будущего общества составят, скорее всего, информационные технологии и все, что с ними связано. Благодаря им и развитым средствам коммуникации возникнет единое информационное пространство, мир станет более целостным. Особую значимость приобретет способность "схватывать" происходящие в нем процессы глобально, во всей их многомерности и изменчивости. Доминирующую роль будет играть так называемый интеллектуальный бизнес, требующий от тех, кто им занимается, высокой культуры, знания языков, развитого мышления и богатого воображения.

В этих условиях роль образования как фактора конкурентоспособности страны, региона, компании не только не станет меньше, но и резко возрастет. Оно должно стать качественно иным. Но каким именно? Что оставит себе Япония из прошлых своих достижений в этой сфере, от чего откажется, что приобретет нового? И хотя исчерпывающие ответы на эти вопросы сейчас невозможны, все же контуры того, чему и как будут учиться в недалеком будущем японцы, уже просматриваются.

В 1984 году при премьер-министре Японии был создан Чрезвычайный комитет по проблемам образования. После трех лет исследований этот консультативный орган подготовил отчет, в котором провозгласил необходимость реформы сложившейся системы образования. Она должна осуществляться на основе трех главных принципов: придание большего значения индивидуальности, переход к системе пожизненного, непрерывного обучения, а также соответствие процессам информатизации и интернационализации.

Основой прежней системы образования было предоставление равных возможностей тем, кто хотел его получить. Осуществляемая реформа не предполагает отказа от этого фундаментального принципа, который, однако, сейчас трактуется иначе. В докладе Центрального совета по вопросам образования за 1991 год отмечается, что "в дальнейшем необходимо стремиться к обеспечению не формального равенства в получении всеми одинакового образования, а реального равенства, позволяющего получать дифференцированное в соответствии с индивидуальными особенностями образование".

Образование в Японии, по крайней мере с послевоенного времени, отнюдь не ограничивалось тем, чтобы дать учащемуся определенный набор знаний, научить его выполнять те или иные функции. Оно традиционно ставило целью формирование личности. Эта его сущностная черта безусловно сохранится и впредь, с той "лишь" разницей, что новой эпохе нужны будут и другие личности. Выпущенная в 1993 году Министерством просвещения страны Белая книга ставит задачей отход от укоренившейся за годы экономического развития системы ценностей, в которой основным критерием является эффективность. Прагматичные японцы предлагают вновь вспомнить о красоте и об индивидуальности в культуре. Желательный образ японца в будущем, по выражению профессора Осакского университета Т. Моригути, - "стабильная и сильная личность". Причем упор делается не на то, чтобы воспитывать, формировать самобытную личность, а на то, чтобы открыть ее.

Такой целостный подход к человеку порождает еще одну особенность японской системы образования - ее сбалансированность, гармоничность. Выпускника школы отличает равно высокий уровень подготовки по родному языку, математике, естественным наукам, музыке, изобразительному искусству. Преподавание в каждой из этих сфер отличают свои находки, оригинальные решения, и рассказ о них потребовал бы не одной отдельной статьи. Здесь же стоит отметить, сколь серьезно относятся в Японии к эстетическому воспитанию, смысл которого видят не только в том, чтобы научить ребенка азам, например, изобразительной грамотности, но и развить его мышление, сформировать личность.

Сбалансированность воспитания в Японии проявляется и в том, что в школе не только дают знания, но и знакомят с житейскими правилами, обычаями, нормами поведения. Иными словами, весьма серьезно относятся к нравственному воспитанию, в основе которого лежит конфуцианство. Вообще не только конфуцианство, но и другие традиционные верования японцев, будь то синтоизм, даосизм или дзэн-буддизм, "участвуют" в образовании, составляя его духовную основу. Нет сомнений в том, что целостность и гармоничность воспитания, равно как и бережное отношение к своим духовным истокам, будут отличать японскую систему образования и в будущем.

Что же касается новых направлений в системе образования, то они обусловлены необходимостью разрешения тех проблем, которые встанут перед страной уже в ближайшее время. Одно из таких направлений связано с информатизацией. По оценке планово-исследовательской группы по проблемам обрабатывающей промышленности, уязвимым местом японской индустрии является отсутствие необходимого программного обеспечения для компьютеров и связанной с этим технологии. Почему так случилось? Не в последнюю очередь ответ на этот вопрос нужно искать опять-таки в школе. В 1987 году лишь 14 процентов начальных и З6 процентов средних школ Японии имели более одного компьютера. Для сравнения: уже в 1984 году эти цифры составили соответственно в США - 85 процентов и 92 процента, в Великобритании - 99 процентов и 100 процентов. Стремясь ликвидировать это отставание, Министерство просвещения страны с 1990 года приступило к осуществлению пятилетнего плана оснащения образовательных учреждений компьютерами. В результате уже к марту 1992 года более одного компьютера имели 50,2 процента начальных и 86,1 процента средних школ страны. И хотя реализация плана идет далеко не гладко, в частности не хватает учителей, способных проводить занятия по основам информатики и работе на ЭВМ на должном уровне, все же проблема ясно осознана и поставлена, цель определена, а средства для ее разрешения, можно не сомневаться, будут найдены. Как были они найдены в данном случае, когда для подготовки учителей были привлечены инженеры по компьютерным системам, работающие в фирмах-изготовителях ЭВМ.

Сейчас экономика Японии переживает не лучшие (разумеется, не по нашим меркам) времена. Что кроется за этим: начало заката Страны восходящего солнца, как считают одни, или издержки обстоятельной подготовки к новому взлету, как полагают другие? Можно спорить о том, какая из этих двух точек зрения ближе к истине. Однако несомненно одно - в нынешнем мире ни у одной страны без знаний и высокой культуры ее граждан нет достойного будущего. А потому в Японии не жалеют ни сил, ни средств на совершенствование самого мощного своего оружия в конкурентной борьбе - ума, таланта и воли своего народа.

 

Урок 28.
ЖИТЬ МОЖНО И ЧУЖИМ УМОМ, ЕСЛИ ДЕЛАТЬ ЭТО С УМОМ

 

Беспринципное следование западному образу мышления без учета реальностей, без постановки вопроса о том, какие именно элементы модернизации оказываются эффективными в обществе, развившемся в иных исторических условиях, лишает возможности объективно смотреть на вещи.

Сэйдзи Цуцуми, глава группы компаний "Сэзон"

 

"А применим ли японский опыт в российских условиях? Не слишком ли он специфичен?" - подобные вопросы приходится слышать практически всякий раз, когда речь заходит о японском менеджменте. И, может быть, наиболее обоснованный утвердитепьный ответ на него позволяет дать рассмотрение того, как в самой Стране восходящего солнца осваивали и приспосабливали к своим нуждам идеи, концепции, технологии, рожденные в чужих краях и совершенно в иной исторической ситуации, и как накопленный японскими компаниями опыт управления распространяется сегодня в других странах.

 

Интернациональные истоки "экономического чуда"

Изучение японского "опыта использования опыта" имеет как бы две грани.

С одной стороны, на каждом новом витке своего развития японское общество умудряется не утрачивать почти ничего ценного из того, что было накоплено прежде. Знания и навыки предшествующих поколений, вплоть до мельчайших крупиц, не отбрасываются как ненужный хлам, а служат строительным материалом для моста, ведущего в будущее. Преемственность оказывается настолько прочной, тесной, глубокой, что это дает основание называть Японию "страной, где ничто не умирает". Под толстым слоем действительно радикальных послевоенных экономических преобразований специалисты нередко с удивлением обнаруживают вполне исправные "несущие конструкции", изготовленные десятилетиями раньше. А "копнув" поглубже, упираются в веками складывавшийся монолит культурных напластований, на котором как на фундаменте держится весь тончайший и сложнейший механизм современной экономики.

С другой стороны, японцы славятся своим умением заимствовать достижения других. Оригинальные разработки, новые формы организации производства, созданные в других странах, нередко находят широкое применение в Японии гораздо раньше, чем у себя на родине.

Так, у истоков известной сегодня всему миру японской системы, обеспечивающей высокое качество продукции, стоял американец Э. Деминг, проведший в 1950 году в Японии серию семинаров по управлению качеством. По признанию одного из японских предпринимателей, так называемая "концепция децентрализованного управления", открывающая возможность действовать самостоятельно как можно большему числу служащих компании, стала в Японии популярной после визита в страну в 1959 году другого американского ученого - П. Друкера. И это лишь немногие, хотя и наиболее яркие примеры освоения японскими компаниями зарубежных новшеств, освоения, носившего в послевоенные годы массовый, насколько это тогда вообще было возможно, и систематический характер.

Помимо приглашения американских специалистов использовалась и другая форма знакомства с передовыми идеями и достижениями в сфере управления. Как ни скудны были валютные ресурсы страны, их все же хватило на то, чтобы организовать поездки бизнесменов и государственных чиновников, ученых и рабочих в Европу и США для изучения их опыта развития экономики. Только в 1955-1960 годах там побывало 306 делегаций общей численностью 3133 человека. По итогам этих визитов было проведено 526 семинаров, в которых приняли участие 93 211 человек. Американские идеи в области маркетинга, германская концепция фирмы-общины, опыт французского Генерального комиссариата планирования - ничто не осталось без внимания жадных до знаний и всего нового японцев. Поездки эти не только помогли сопоставить уровни производительности труда в Японии и других странах, наметить ориентиры, к которым следует стремиться, но и позволили японским предпринимателям, как выяснилось позднее, присмотреться к будущим рынкам.

Наконец, восприятие части американского опыта в первые послевоенные годы осуществлялось в известной мере вынужденно, под влиянием администрации оккупационных войск США, возглавлявшейся генералом Д. Макартуром. В частности, значительный толчок развитию конкуренции, стремлению предприятий опираться на собственные силы дали реформы либерального характера, инициированные управляющим Детройтского банка Д. Доджем, посетившим Японию в качестве специального посланника тогдашнего президента США Г. Трумена. Введенные по рекомендации профессора Колумбийского университета К.Шоупа прямые налоги и прогрессивный подоходный налог сохранились и по сей день. Миссией К. Эдвардса были разработаны меры по демонополизации, которые впоследствии в несколько смягченном виде были реализованы и в конечном счете благотворно сказались на развитии экономики.

 

Чтобы преуспевать, нужно учиться. Но чему и как?

Складывается впечатление, что японцы даже не задумывались над тем, подходит ли их стране зарубежный опыт. Гораздо больше их, похоже, занимало то, как наиболее эффективно этот опыт использовать. Из поисков японцами ответа на последний вопрос можно извлечь два главных урока. Первый заключается в том, что ни слепое копирование чужих моделей управления целиком, ни механическое встраивание отдельных инородных элементов в собственную систему деятельности не принесет ощутимых успехов. А вот, как отмечает японский исследователь Т.Коно, "теория, которую можно выявить на материале" предприятий одной страны, вполне может быть применена в компаниях другой. Второй урок хотя и выглядит банальным, но, пожалуй, является самым важным: прежде, чем что-то заимствовать у других, и для того, чтобы знать, что именно и как заимствовать, нужно составить ясное представление о собственных целях и путях их достижения.

Так, поражение Японии во второй мировой войне означало и крах прежней системы ценностей в обществе, которую сотрудник компании "NEC" К. Ямаучи кратко определил на страницах журнала "Японский менеджмент" как "Японский дух - Западное образование". Послевоенная ценностная парадигма выражалась формулой "Экономика и технология - первые" и ставила во главу угла экономические ценности. Олицетворением этих последних стали корпорации. Причина их успешного развития и роста, по мнению К. Ямаучи, кроется отнюдь "не в том, что они особое внимание уделяли экономическим ценностям, а в том, что они верно отражали ценностную парадигму японского народа".

В обществе, где сформированы известные ценностные ориентации, действуют не по принципу "бери все, что дают", а воспринимают лишь то, что действительно необходимо для собственного развития. Даже в условиях американской оккупации, когда в Японии фактически сверху насаждалась новая экономическая модель, здесь никогда не забывали о своих интересах и находили способы использовать себе во благо все то, что предлагалось, а порой и жестко навязывалось извне. В японских компаниях прекрасно знают, чего хотят, и проявляют чудеса изобретательности, умело приспосабливая иноземные новшества к хорошо осознанным собственным потребностям.

Тот, кто живет не своим умом, а чужими знаниями, склонен лишь в них и видеть источник своих проблем. Умеющий же органически "вписывать" идеи "со стороны" в свои оригинальные концепции, рассматривает эти идеи как стартовую площадку для собственных достижений. В этом смысле отношение японцев к своим зарубежным "учителям" весьма показательно. Не иначе как с благодарностью упоминают многие в Японии имя П. Друкера. Премия Э. Деминга, присуждаемая как частным лицам, так и предприятиям, добившимся успехов в сфере обеспечения качества, - одна из самых престижных в стране. Не был обойден вниманием и генерал Д. Макартур, внесший, по мнению некоторых японцев, неоценимый вклад в послевоенное развитие Страны восходящего солнца. И сегодня на американской военной базе Ацуги, месте высадки главы оккупационной администрации на Японские острова, красуется памятник, воздвигнутый в его честь на средства одного из местных бизнесменов, с надписью на пьедестале: "Отцу японской демократии Макартуру".

 

Мир осваивает японский опыт

Если в первые послевоенные десятилетия японские компании достаточно убедительно демонстрировали, как нужно осваивать заграничный опыт, то в наши дни они подают наглядный пример успешного тиражирования за рубежом собственного опыта управления. Предприятия, работающие "по-японски", уже созданы в США, Великобритании, Малайзии, Таиланде и во многих других странах.

Как бы ни были разнообразны причины, побуждающие предпринимателей всего мира овладевать японским менеджментом, а представителей делового мира Страны восходящего солнца - передавать собственные управленческие технологии своим зарубежным партнерам, все они в конечном счете сводятся к одному: при оснащенности одинаковым оборудованием и прочих равных условиях предприятия, использующие японские методы организации производства, работают лучше, чем предприятия, которые без этих методов обходятся. Ярким свидетельством тому может служить недавняя история с известным германским концерном "Порше", о которой поведала российскому читателю газета "Известия".

Оказавшийся к 1992 году на грани банкротства, "Порше" обратился за помощью к небольшой японской консалтинговой фирме, собравшей в одну команду бывших служащих компании "Тойота", включая пенсионеров. Всего за три года немецкое предприятие преобразилось. Автомашин оно стало выпускать больше, чем прежде, хотя численность персонала сократилась на 19 процентов, а занимаемая территория - на 30 процентов. И без того незначительный брак сократился вдвое. Исчезли убытки и появилась прибыль. На рынок были выпущены новые модели автомобилей, в том числе вездеходы и микроавтобусы, которые "Порше" раньше вообще не выпускал. Все это достигнуто без привлечения крупных инвестиций и с теми же самыми рабочими. Удивительно также и то, что столь блестящий результат получен на германском предприятии, располагающем персоналом отнюдь не низкой квалификации.

Из этого примера также следует, что в основе разрешения дилеммы "овладевать японским стилем управления или нет" лежит логика конкурентной борьбы и ничего более. Освоение японского менеджмента становится не только важнейшим фактором победы в ней, но и просто условием выживания компании.

Как это ни парадоксально, но те же самые жесткие реалии конкуренции стимулируют передачу Японией своего опыта управления некоторым другим странам. Сравнительно высокая стоимость жизни в Японии вынуждает японские фирмы переносить производство за рубеж. Оттуда они хотели бы получать товары и комплектующие высокого качества и по низким ценам, снижая таким путем себестоимость своей продукции и повышая тем самым собственную конкурентоспособность. Но производство высококачественной продукции с низкими затратами на зарубежных предприятиях и предполагает передачу им японского опыта, которая осуществляется в разных формах и по разным каналам.

Так, еще в середине 80-х годов Японский центр производительности для социально-экономического развития, как он теперь называется, начал оказывать содействие в повышении производительности Сингапуру. И, сегодня это уже очевидно, не без успеха для сингапурской экономики, равно как и, по мнению японских специалистов, не без выгоды для самой Японии. Затем объектами содействия стали Китай, страны Восточной Европы, Россия, государства Центральной и Латинской Америки и других регионов. А в 1992 году в составе центра был образован так называемый Комитет по передаче технологий повышения международной производительности, который занимается разработкой теории и принципов деятельности по передаче технологий.

Правда, в последнее время, главным образом в связи с экономическим спадом, который на протяжении последних пяти лет переживала Япония, начали высказываться сомнения в эффективности менеджмента японского образца, заговорили о его кризисе.

По этому поводу стоит заметить, что всякое нормальное развитие осуществляется через кризисы. Проблема вовсе не в наличии или отсутствии последних, а в том, разрастаются ли они до масштабов, ведущих к разрушению данного явления, или, наоборот, служат средством его обновления, формой избавления от всего устаревшего и отжившего, а в конечном счете - отправной точкой нового этапа развития.

Время покажет, насколько "созидательными" оказались нынешние затруднения в управлении японскими компаниями. Но уже сейчас видно, что некоторые компоненты японской системы управления действительно уходят в прошлое. К их числу японские специалисты чаще всего относят оплату в зависимости от стажа работы на фирме, чрезмерно жесткие связи с поставщиками и некоторые другие. Однако стержень менеджмента японского образца сохранится и в обозримом будущем. Стержень этот - отказ от узкой специализации, универсальное развитие работника и связанные с таким развитием стабильная занятость, ротация кадров внутри фирмы, обучение в процессе работы и так далее. Та компания, Время покажет, насколько "созидательными" оказались нынешние затруднения в управлении японскими компаниями. Но уже сейчас видно, что некоторые компоненты японской системы управления действительно уходят в прошлое. К их числу японские специалисты чаще всего относят оплату в зависимости от стажа работы на фирме, чрезмерно жесткие связи с поставщиками и некоторые другие. Однако стержень менеджмента японского образца сохранится и в обозримом будущем. Стержень этот - отказ от узкой специализации, универсальное развитие работника и связанные с таким развитием стабильная занятость, ротация кадров внутри фирмы, обучение в процессе работы и так далее. Та компания, которая сможет в наибольшей степени раскрыть творческие способности буквально каждого своего сотрудника, и победит в конкурентной борьбе.

И если эти прогнозы верны, то отсюда следует, что овладевать стремительно развивающимся японским менеджментом, приобретающим к тому же в процессе своего распространения все более интернациональный характер, придется буквально каждой фирме, желающей не только преуспевать, но и хотя бы существовать. Однако при освоении японского, как, впрочем, и любого другого, опыта было бы крайне полезно всегда держать в памяти следующие слова К. Мацуситы: "...лишь слабые готовы учиться всему, не имея собственной цели, лишь слабые, не имея собственных замыслов, ищут опору в силе и деньгах других".

 

Подготовлено по материалам Япония сегодня





Также на сайте:
ЯПОНСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ. УРОКИ ДЛЯ НАС. (Уроки 5-9)
Статистические методы анализа

О проекте

quality.eup.ru - один из самых старых в рунете ресурсов, посвященных менеджменту качества во всем его разнообразии.

Нам более 7 лет, и все это время ресурс пополняется новыми и новыми материалами, почти ежедневно. Если вы ищете информацию о менеджменте вообще и управлении качеством в частности, скорее всего, вы найдете эту информацию здесь.

Кроме отличной и действительно большой подборки статей, действует живой форум по менеджменту качества.

Добавить в "Избранное"

Рекомендуем

Избранные книги

Реклама на сайте





Как сюда попасть?